Глава государства во вторник принял участие в мероприятии, посвящённом 25-летию избирательной системы страны. Вопрос о спорности существования “муниципального фильтра” поднял первый глава ЦИК России Николай Рябов (возглавлял Центризбирком с 1993 по 1996 год).
Президент, хотя и заявил, что над изменением “сомнительной” процедуры “можно подумать”, но из выступления его стало понятно – отменять “фильтр” полностью, как предлагает ряд экспертов, точно не входит в его планы.
Победы “не Кремлёвских” кандидатов на выборах, состоявшихся в сентябре, Путин записал “в актив” процедуры.
– Вот смотрите: и в Приморье, и в Хакасии и во Владимирской области губернаторы, несмотря на наличие фильтров, претендовали на то, чтобы переизбираться и не смогли этого сделать. Значит, фильтры не являются уж таким строгим ограничением волеизъявления граждан – цитирует президента агентство ТАСС.
Напомним, что иного мнения о “муниципальном фильтре” те, кто непосредственно вынужден был его проходить.
Например, экс-кандидат в губернаторы Владимирской области Максим Шевченко, которому “сито” оказалось “не по зубам“, назвал его “антиконституционной и антидемократической процедурой“.
Вот как прокомментировал вчерашнее выступление Владимира Путина депутат Законодательного Собрания Владимирской области Сергей Казаков.
– Я не согласен с позицией Владимира Владимировича, ведь, если бы муниципальный фильтр во Владимирской области прошёл Максим Шевченко, то результат выборов был бы совсем другим! И так по всей стране.
Здесь, вспоминая фамилии кандидатов, пропущенных в регионе-33 через “муниципальный фильтр”, нельзя не согласиться с Казаковым.
Победивший на выборах губернатора Владимир Сипягин – не “посторонний” для системы человек. Он член ЛДПР и имеет опыт работы в регионе: был депутатом Законодательного Собрания области в 2013-2018 году.
Но ведь протестное голосование, если бы он снялся со второго тура выборов, могло довести до победы откровенно сомнительных кандидатов в губернаторы. И тогда народное “волеизъявление через “муниципальный фильтр” выглядело бы совсем “страшно”.
Александр Степанов
