Пока весь мир наблюдает за скандалом Джонни Деппа и Эмбер Хёрд, Меленковский Мировой суд продолжает рассматривать «дело о граблях». «Пропавшие» понятые нашлись –– на заседании 20 мая успели допросить ещё троих. Один из допросов показал несостыковки в осмотре места происшествия, на которые почему-то никто так и не обратил внимание. Две понятые фактически отказались приходить –– их опять вызовут на следующее заседание. Его снова перенесли, при том, что срок давности по делу выйдет уже в конце следующего месяца.
На позапрошлом заседании защитник обвиняемой Олег Алакпаров ходатайствовал о вызове свидетелей, проходящих по делу в качестве понятых. Из семи человек «неуслышанными» остались двое. Галина Астафьева, по словам судьи Дмитрия Зезина, всё-таки получила повестку через участкового, но в суд опять не пришла –– без объяснения причины.
Ещё в прошлом году с женщиной разговаривали Алакпаров и дочь обвиняемой Елена Суворова. В личной беседе Астафьева им рассказала, что впервые слышит о том, что участвовала в каких-то следственных мероприятиях. Но когда правозащитник поехал к ней на прошлой неделе, чтобы попросить явиться на последнее заседание, женщина сразу же заявила, что никуда не поедет и отказалась продолжать разговор, захлопнув перед Алакпаровым дверь.
Вторая понятая Дыльдина накануне заседания принесла в суд справку, в которой говорилось, что женщина проходит лечение, в связи с чем не сможет в ближайшее время присутствовать на заседаниях.
«Как такового заключения врача о невозможности участвовать в судебном заседании у нас нет, лечение у неё назначено <…> до начала июня. Возможно, потом можно будет её попросить [прийти]», –– заключил Дмитрий Зезин.
Акт 1. Ходатайства
Олег Алакпаров в очередной раз ходатайствовал о вызове московского эксперта Пищулина, который исследовал все судебно-медицинские экспертизы, якобы подтверждающие ранения потерпевшего Алексея Захарова. Гособвинитель Ольга Тарасова, как и в прошлый раз, сказала, что суд уже вызывал эксперта. Судья снова отказал в удовлетворении ходатайства, на этот раз пообещав принять заключение специалиста во внимание при оценке доказательств.
Второе ходатайство –– исключить из перечня доказательств постановление о признании граблей (которыми пенсионерка Волгина якобы разбила голову Алексею Захарову) вещдоком. По мнению гособвинителя и адвокатессы потерпевшего Светланы Фиохиной, постановление получено без нарушений Уголовно-процессуального кодекса, а значит причин для признания этого «доказательства» недопустимым нет. Ходатайство не удовлетворили. При этом на позапрошлом заседании протокол изъятия этих самых граблей исключили из перечня доказательств, потому что изымались они без присутствия подсудимой Волгиной, так ещё и неоговоренные исправления в протокол внёс участковый. Правозащитник Алакпаров задаётся вопросом: те ли это грабли, которыми Волгина якобы ударила Захарова?
Акт 2. Допрос понятых
Первым вызвали Алексея Козлова. Он был понятым при следственном эксперименте, проходившем на месте «побоища». Пятого ноября 2020 года его вместе с Алексеем Кузьминым «вытащили» из «обезьянника» местного отдела полиции, где они отбывали сутки, и повезли на луга в Лехтово.
«Вы туда [на луга] приехали –– что вы там делали? Какие действия лично вы и человек, с которым вы ездили, там производили?» –– спросил Алакпаров Козлова.
«Ничего», –– ответил свидетель.
«Что происходило там на полях [на эксперименте]?» –– уточнил правозащитник.
«Ну, мы откуда знаем-то?», –– риторически пояснил Козлов.
Следующей вызвали Марию Голованову. Пятого августа 2020 года она пришла в отделение МВД по Меленковскому району «писать заявление о мошенничестве». В кабинет к следователю, в котором Голованова писала заявление, зашла дознаватель Рындина и предложила девушке стать понятой при осмотре места происшествия. Голованова плохо помнила события того дня, потому что, как она сказала, голова была занята её заявлением. Алакпаров спросил про половой состав участников осмотра. «Я одна была девочка», –– ответила Мария Голованова.
Здесь нам стоит вернуться в 13-е мая этого года. Тогда на заседании допрашивали Оксану Жильцову –– согласно протоколу осмотра места происшествия, она была понятой вместе с Головановой. Вот только есть два «но». Первое: в протоколе указано неправильное отчество –– Анатольевна вместо Евгеньевна. Второе: в протоколе не стоит подпись Жильцовой.
«Это вот не ваша подпись?» –– спросил Дмитрий Зезин у свидетельницы, показывая протокол.
«Не, нет», –– тихо ответила тогда Оксана Жильцова.
На этом тему закрыли –– по крайней мере пока.
После допроса Головановой Олег Алакпаров потребовал признать протокол осмотра места происшествия недопустимым доказательством из-за разночтений в показаниях понятых. Гособвинитель Ольга Тарасова выступила против потому, что «Голованова многое не помнит». Судья отказал в удовлетворении ходатайства потому, что «нарушений УПК при составлении протокола» не было.
Смена места действия
Чтобы допросить последнего понятого, участникам процесса пришлось «переехать» в Меленковский районный суд. Алексей Кузьмин сидит в ИК-4, и связаться с ним можно только по видеосвязи, которая работает только в райсуде.
Пятого ноября 2020-го года Кузьмин вместе с Козловым отбывал сутки в изоляторе отдела местной полиции. Из событий того дня вспомнил он вот что: следственный эксперимент проходил на лугу у речки, кроме сопровождающих полицейских, там были мужчина и женщина, пришедшие из деревни (из Лехтово).
«Всё ясненько», –– резюмировал судья Дмитрий Зезин и перенёс заседание на шестое июня.
Текст о прошлом заседании здесь. Подробный разбор уголовного дела здесь.
Контекст: 17 июня 2020 года 67-летняя Нина Волгина на лугу за домом дочери гребла сено. В это время с включенной камерой на телефоне на луг вышел 37-летний сын соседки Алексей Захаров и начал снимать Волгину. Женщина, уже доведённая до предела такими выходками, пошла на соседа с граблями. Захаров утверждает, что полутораметровая старушка ударила его по голове, руке и пояснице граблями –– сначала речь шла о железных, потом о пластиковых, потом снова о железных. Следствие остановилось на версии с пластиковым садовым инструментом. Волгина утверждает, что только замахнулась на почти двухметрового мужика, чтобы припугнуть. В итоге Нину Волгину судят по пункту «в» части 2 статьи 115 –– умышленное причинение легкого вреда здоровью с применением оружия или предметов, используемых в качестве оружия.
Елизавета Жеребцова
