Тишину над Клязьмой, нарушаемую лишь ветром, гуляющим в остове ржавого эллинга, мечтают сменить рабочим гулом. Гороховецкий судостроительный завод, чья биография насчитывает больше века, перестал дышать в нулевые, оставив после себя долги, руины и призрак былого величия.
Здесь и далее – фото Натальи Лариной, газета «Владимирские ведомости»
Открывшись еще в 1902 году, предприятие И. А. Шорина динамично развивалось. Здесь клепали баржи, строили рыболовецкий флот, возводили гидротехнические сооружения. Советская эпоха наградила завод оборонным профилем — с его стапелей сходили катера и тральщики.
Агония наступила в 90-х прошлого века. Денег не было, заказы встали. И отчаявшиеся люди, которым месяцами не выдавали зарплату, вышли на федеральную трассу М-7, перекрыв движение. С людьми тогда кое-как рассчитались, но само производство спасти не удалось. Цеха выпотрошили, и к периоду сытых нулевых завод, опутанный долгами, превратился в груду строительного хлама.
Март 2026 года стал точкой невозврата. Владимир Путин подписал указ, который в кабинетах администрации Владимирской области, вероятно, ждали с особым нетерпением. 49% акций открытого акционерного общества, принадлежавших государству, перешли под крыло региона. На остове обанкротившегося завода теперь обязаны создать промышленно-технологический парк. Более того, регион не имеет права расстаться с этим активом в ближайшие пять лет. А любые последующие манёвры по продаже возможны лишь с оглядкой на Кремль.
Это решение кажется закономерным финалом юридической войны за остатки предприятия. Ещё в январе этого года Следственный комитет региона возбудил уголовное дело против бывшего руководства завода. Следователи погрузились в пучину хозяйственных операций аж с 1996 года. На столах у генерал-майора юстиции Артёма Кулакова и его подчинённых осело почти восемьдесят томов финансовой документации. Речь идёт о злоупотреблении полномочиями. По версии следствия, ловкость рук менеджеров позволила вывести имущество в пользу одного из кредиторов, оголив остальных акционеров как минимум на 10 миллионов рублей. Это было хитросплетение из фирм-однодневок и аффилированных лиц — классическая схема, которая в итоге добила и без того больное производство.
Зачистив правовое поле, регион взялся за ревизию того, что осталось от производства. Картина удручающая. Зданий практически нет, инженерные коммуникации превратились в труху. Но важно то, что на берегу Клязьмы сохранилась причальная стенка. Как выразился заместитель гендиректора Александр Инютин, именно она — становой хребет будущего кластера. В планах не просто собирать суда, но и тут же, расчистив судовую яму и восстановив фарватер, отправлять их в большое плавание.
Главный вопрос — что именно строить? Никаких тральщиков и военных катеров. Технопарк метит в стремительно растущий сегмент гражданского судостроения, подогретый бумом внутреннего туризма. Потенциальные резиденты уже примеряются к площадке. Нижегородская «Фабрика композитов», чьими руками созданы футуристичные кабины столичных трамваев, готова переложить свои инженерные расчеты на воду. Андрей Микитюк, представляющий эту компанию, не скрывает интереса к композитным судам и хвалит расторопность областных чиновников. По его словам, инженерные и финансовые модели будущего продукта пока выверяются, но сам факт того, что площадка оживает на глазах, внушает деловой оптимизм.
Судно Днепр в доке Гороховецкого судостроительного завода
Амбиция региона — не создать одну гигантскую верфь, а диверсифицировать береговую линию. Заместитель министра экономического развития Руслан Рыбин рисует картину сложносочиненного организма. Мол, здесь будет не только промышленная сборка, но и логистический хаб. Благо федеральная трасса и туристско-рекреационная зона рядом. Места на живописном берегу хватит и станкам, и туристам. Ставка делается на частный рубль. Горизонт планирования — не менее пяти лет. Инфраструктурную подушку готовит бюджет, но основные инвестиции лягут на плечи будущих резидентов. В обмен предлагают весь арсенал федеральных и региональных преференций.
В этом расчёте есть и тихая социальная надежда. Гороховец — одна из самых удалённых точек региона, и смерть завода когда-то выбила почву из-под ног тысяч людей. Но кадры, которые работали в судостроении, пусть и постаревшие, всё ещё здесь. Возрождение промплощадки для них — не просто строчки в инвестпроекте, а шанс увидеть, как ржавчина наконец уступит место композитным обводам новых катеров.
Денис Стравицки
