5 октября во время круглого стола, организованного департаментом здравоохранения администрации Владимирской области совместно с комитетом общественных связей и СМИ, “Томикс-ТВ” задал вопрос директору департамента здравоохранения о последних новостях из прокуратуры. Ниже приведена расшифровка ответа. Некоторые места опущены из-за неразборчивости, как и некоторые анекдоты – за ненадобностью.
“Вот, смотрите, какая ситуация. 74-й год – встречаю свою жену, женимся. В 75-м появляется дочь, получаем по распределению город Владимир. […] Жизнь идет и развивается, естественно, мы стремимся чтобы наши дети пошли по нашим стопам. […] Она мать троих детей, она самостоятельный человек, который сам определяет свою жизнь. […] В 92-м жена становится главным врачом родильного дома. […] Дочь заканчивает институт, выбирает профессию и говорит [неразб.] я хочу открыть маленькую консультацию. […] Какая позиция родителей? Ну а как каждый родитель? Конечно, он поддерживает своего ребенка. А вот вы другую позицию занимаете? Бросаете ребенка и говорите “плыви”?
Что устанавливает прокуратура? Она устанавливает, что Ирина – моя жена. Она устанавливает, что Яконюк – моя дочь. А я этого никогда не скрывал. […] Но по федеральному закону есть ситуация, вот, 2 родственника работают. Должна прокуратура проверить? Должна. Имеет право Плаксин направить (обращение с проверкой в прокуратуру – прим.ред)? Имеет. А дальше наступает фактура. Вот, фактура. […] Да, и в этой ситуации что установила прокуратура? – да, возможен конфликт интересов. Установила ли прокуратура, что есть коррупция в моих интересах? Нет. Установила ли прокуратура, что я там дочери своей…нет. […] Поэтому в соответствии с федеральным законом, меня направляют на комиссию по антикоррупции, где я должен, там, доказать и так далее – есть ли коррупция в моих интересах или нет? […]
Но что в этой ситуации мне, конечно, не нравится? Манипулирование вот этими выводами. Когда я читаю, что прокуратура установила коррупцию и конфликт интересов – это неправильно. […] Зачем вы искажаете? […] От меня же требуют чистоты соблюдения закона? От жены требуют? От моих детей. […] А другая сторона? […] А почему вы в частную жизнь дочери полезли? […] Вы не имеет права, вы нарушаете конституцию. Я говорю, ребята, так нельзя. […] Если есть фактура – я отвечу.
[…] Дело даже не в Плаксине. Понятно, что его настрой на меня крайне отрицательный и он хочет вообще прямо меня растерзать. Наверное. […] Другая позиция такая: вот вы нашли – не нашли. Вот в этом – соль. […] Вот у нас было по Минздраву, там, директор института, а дочь работала – уволилась. […] Вот у нас ситуация в районе [неразб.]: он главный врач, а она его жена – заместитель. Конфликт интересов. И он взял и развелся с ней. И вроде бы нет конфликта, да? Смотрите, какая ситуация! А он что, после этого перестал к ней ходить? Ночью они вместе не спят? […] По закону – нет конфликта. А по сути он существует. Поэтому до абсурда доводить закон, наверное, тоже нельзя. Но соблюдать их я обязан. И я, как законопослушный, приду на комиссию. Как решит комиссия – так и будет. Самого конфликта, факта, нет, но он возможен. Потому что Кирюхина – моя жена, а Татьяна – моя дочь” [неразб. здесь и далее].
Напомним, что в своем обращении Плаксин особенно отмечает правоохранителям о ч.6 ст.10 Федерального закона “О противодействии коррупции”:
…согласно которым Кирюхин, зная о том, что выдает лицензию клинике своей дочери, обязан был сообщить нанимателю о личной заинтересованности для предотвращения конфликта интересов.
Антон Селиванов Александр Степанов
