1 августа в Ленинском суде состоялось заседание по «делу Крыловой», на котором допрашивали свидетелей. Среди них ? старшие медсестры, врач-хирург и юрисконсульт медицинского учреждения. Показания свидетелей сходятся: «Лиана» не осуществляла техническое обслуживание оборудования в городской больнице №6.
На фото: Марина Крылова
Экс-главврача больницы №6 обвиняют в растрате вверенного имущества в особо крупном размере с использованием служебного положения (ч. 4 ст. 160 УК РФ). Победителем торгов, которые проводил региональный департамент имущественных отношений, стала подрядная организация «Лиана» ? она обслуживала городскую больницу №6 с 2015 по 2017 годы. Напомним, что в отделе госзакупок «Лианы» одну из руководящих должностей занимал сын Крыловой. В обязанности фирмы входили как ремонт оборудования, так и его техническое обслуживание, однако, по версии следствия, сотрудники «Лианы» исполняли свои обязанности не должным образом.
Свидетелем по делу выступила Людмила Мартьянова ? старшая медсестра инфекционного отделения городской больницы №6. Она занимает эту должность с 2011 г. В круг обязанностей Мартьяновой входит подача заявок на ремонт оборудования в отделении, т.к. она ответственна за его состояние. Кроме того, медсестра расписывалась в журнале техобслуживания, таким образом подтверждая наличие и исправность оборудования.
На фото: Людмила Мартьянова
В ходе допроса выяснилось, что Людмила Мартьянова не располагает сведениями, кто и с какой периодичностью приходил ремонтировать оборудование от ООО «НВПЛ Лиана».
Прокурор огласила 2 протокола с показаниями Мартьяновой в Следственном комитете. Оказалось, что они отличаются друг от друга: в первом случае медсестра говорила о том, что техобслуживание все-таки проводилось, а во втором ? сама себе противоречит и сообщает следователю о том, что «Лиана» не занималась ТО медицинского оборудования.
Также выяснилось, что правозащитница, предоставленная Людмиле Мартьяновой ? знакомая Крыловой. Когда эксперты осматривали медицинское оборудование, главврач больницы №6 собирала своих сотрудников в кабинете главной медсестры Макаровой ? там она раздала номера телефонов своих адвокатов и наказала подчиненным являться на допросы именно с этими юристами. Свои ранние показания Людмила Мартьянова мотивировала тем, что не нуждается в услугах адвоката Екатерины Сидоровой, которая присутствовала при предыдущем допросе.
Прокурор зачитала вслух показания Мартьяновой, которые она дала следователю во время второго допроса.
«Когда я давала показания при допросе [первом], то я понимала, что если я расскажу правду, то у меня могут возникнут проблемы по работе. При допросе я сказала, что не помню, как сотрудники ООО «НВПЛ Лиана» проводят техобслуживание медицинского оборудование в 2015-2016 г.г., а в 2017 г. приходили проводить его раз в месяц. Действительно сотрудники ООО «НВПЛ Лиана» проводят только ремонт, а техническое обслуживание медоборудования не проводят. […] Во время ремонта я не присутствую с ними, но могу с уверенностью сказать, что они не ходят по отделению. Ни я, ни мои коллеги никогда не видели сотрудников ООО «НВПЛ Лиана», которые ходили бы по отделению и проверяли работу всего медицинского оборудования. […] В период с 2015 г. у меня есть оборудование, которое сломано и не подлежит, со слов инженера «Лианы», ремонту, а именно ? аппарат «Стел» и суховоздушный шкаф «ССШ-80». На ремонт данного медицинского оборудования неоднократно писались заявки. Насколько мне известно от ООО «НВПЛ Лиана», к нам в больницу присылались дефектные акты, в которых указывалась невозможность ремонта данных медицинских аппаратов. Однако до настоящего времени данные медицинские аппараты не списаны и стоят на техническом обслуживании. Кроме того, у меня на техническом обслуживании находится дефибриллятор, которым в нашем отделении никто не пользуется. Сотрудники «Лианы» к этому аппарату даже не подходили. Никто из сотрудников моего отделения не владеет техникой использования дефибриллятора», ? написано в протоколе.
Во время последнего допроса, который состоялся в апреле этого года, Мартьянова согласилась заключением экспертов ? они выявили недостатки в техническом обслуживании оборудования.
Сотрудница инфекционного отделения в полном объеме подтвердила свои показания, зачитанные государственным обвинителем из протокола допроса свидетеля. На вопрос прокурора о том, почему первичные показания отличались от последующих, медсестра не могла внятно ответить и во время беседы со следователем вела себя крайне неуверенно.
Адвокат Крыловой спросила, давала ли Мартьянова первичные показания добровольно, на что медсестра ответила неопределенным «угу», что вызвало в зале смех. После она поправилась и сказала: «Наверное, со страху». Людмила Мартьянова сообщила, что адвокат, связанный с Крыловой, не запугивал медсестру, однако, «не просто же так она [адвокат] сидит», ? добавила Мартьянова.
Следующим допросили Александра Петрова, который на данный момент работает хирургом в частной клинике «Палитра». Крылова приняла его на работу в январе 2016 г. заведующим поликлиникой городской больницы №6. Он проработал в этой должности до июля 2017 г., а позже занял должность врача-хирурга в отделении паллиативной помощи.
На фото: Александр Петров
За сохранность оборудования, по словам Петрова, была ответственна старшая медсестра поликлиники Ирина Цветкова. Он же не имел к этому никакого отношения, поэтому о ремонте и техническом обслуживании ничего сказать не может. Хирург указал на то, что оборудование часто ломалось, и главврач была в курсе ситуации, однако, никаких действий для того, чтобы ее исправить, не предпринимала.
Старшую медсестру Ирину Цветкову так же вызвали на допрос.
На фото: Ирина Цветкова
По ее показаниям, если оборудование ломалось, медсестры, которые на нем работали, сообщали об этом именно Цветковой, а она, в свою очередь, составляла заявку на имя главного врача и ожидала специалистов. Медсестра рассказала, что ремонт не затягивался ? сотрудники «Лианы» приезжали в поликлинику оперативно.
В конце каждого месяца приходил начальник технического отдела Кашина, и старшая медсестра подписывала документы, подтверждающие исправность оборудования. По словам Ирины Цветковой , такое указание исходило со стороны главврача Крыловой.
Заявок за 3 года было записано много ? постоянно ломались кардиографы ? какие-то неисправности в кабеле из-за частого использования. Примерно Цветкова подавала около 10 заявок в год. Она подтвердила, что фактически поломки были устранены. Относительно ремонта подрядчик выполнял свои обязанности. А вот что касается технического обслуживания, то сотрудники «Лианы», по словам медсестры, его вообще не проводили.
Юрист Крыловой спросила у свидетельницы, в курсе ли она, чем ремонт отличается от техобслуживания. Медсестра на этот вопрос затруднилась ответить.
Прокурор зачитала следующие виды работ, которые входят в техобслуживание, чтобы прояснить ситуацию. Среди них ? систематические техосмотры настроек и параметров, регулировка оборудования, устранение без вскрытия медоборудования внешних дефектов, выявленных при внешнем тех. осмотре и проверке работоспособности, но не влияющих на его работоспособность в целом, чистка, смазка, проверка технического состояния, профилактические регламентные работы и иные необходимые работы по поддержанию работоспособности оборудования. По каждому пункту Цветкова ответила отрицательно. Она еще раз акцентировала внимание на том, что при ней проводился только ремонт оборудования.
Позже прокурор огласила показания, которые Ирина Цветкова дала во время допроса в СледКоме.
Оказалось, что Цветкова, как и Мартьянова, отказалась от услуг адвоката Екатерины Сидоровой.
«Во время моего допроса с участием Сидоровой я не могла дать правдивых показаний», ? звучит в протоколе, ? «Утром, перед тем, как ехать на допрос, ко мне подошла Макарова [главная медсестра] и сказала, что меня вызывает следователь. Макарова сказала мне, что я должна первоначально поехать в адвокатскую контору для консультации с адвокатом. До этого мне было известно, что Сидорова является знакомой Крыловой, т.к. она неоднократно приходила в нашу больницу для оказания мед. помощи. О том, что к нам придет Сидорова, мне говорила лично Крылова. […] Я сказала, что на техобслуживании находится много оборудования. Я сказала им [адвокатам], что тех. обслуживание у меня в поликлинике не проводится, а делается только ремонт оборудования. Семенова [еще один юрист, связанный с Крыловой] сказала мне, чтобы я ни в коем случае не говорила так следователю, т.к. с его стороны могут возникнуть вопросы к невыполнению мной своих служебных обязанностей. Семенова и Сидорова во время разговора всячески склоняли меня к даче ложных показаний, а именно ? к тому, что сотрудники ООО «НВПЛ Лиана» приходят ежемесячно проводить техническое обслуживание и выполняют свои обязанности в полном объеме. Я понимала, что отстаивание своей точки зрении для меня может вылиться проблемами на работе, т.к. адвокаты Семенова и Сидорова являются хорошими знакомыми Крыловой, и в случае моих правдивых показаний могут возникнуть неприятности на работе. Опасаясь за указанные последствия, я решила дать следователю ложные показания. Хочу отметить, что перед тем, как ехать к адвокатам, я знала, что они склоняют к даче заведомо ложных показаний ? об этом мне стало известно от других сотрудников больницы. Мне посоветовали взять с собой диктофон, чтобы записать разговор адвокатов со мной, который бы подтвердил факт оказания на меня давления, что я и сделала. […] Впоследствии, когда пришел Цуканов [заменил Кашину на посту начальника тех.отдела], то он нас просил расписываться за проведение техобслуживания. Я спрашивала, в чем оно заключается, говорила, что сотрудники «Лианы» не проводят тех. обслуживание. Цуканов говорил мне, что по указанию Крыловой надо расписаться в проведении тех. обслуживания, т.к. все работает».
Кроме того, в протоколе говорится о том, что Цветкова неоднократно писала заявки на приобретение необходимого медицинского оборудования, однако, они так и остались без рассмотрения. Медсестра сообщила следствию, что в поликлинику поставили бронхоскоп. Зачем его закупили ? непонятно, поскольку во всем медицинском учреждении нет врача, который умеет им пользоваться. С момента покупки прошло более года, но специалист так и не появился, а бронхоскоп продолжает пылиться. Ирина Цветкова отметила, что комиссия по ремонту в шестой больнице собирается только в том случае, если сломалось дорогостоящее оборудование.
Все свои показания Цветкова подтвердила в полном объеме.
Адвокат, представляющая интересы главврача, задала медсестре вопрос, что означает фраза «действовала по указанию главврача Крыловой». На это Ирина Цветкова ответила, что, вероятно, руководитель больницы знала, что происходит в ее учреждении.
Позже юрист Крыловой спросила, угрожали ли Цветковой адвокаты, или же попытались ее склонить к даче заведомо ложных показаний каким-то другим образом? Свидетельница подтвердила, что ей прямым текстом сказали сообщить следователям, что техобслуживание проводилось. Ирине Цветковой намекнули, что если она поступит иначе, вопросы будут уже к ней и к ее халатности.
На фото: Анастасия Коваленко
Также на судебном заседании допросили юрисконсульта больницы №6 Анастасию Коваленко. Она работает в медицинском учреждении с 29 апреля 2019 г. и не знакома ни с Крыловой, ни с материалами дела. Коваленко не давала показания в ходе следствия, однако в суде было представлено подписанное ею ходатайство. В нем звучит просьба дополнительно допросить представителей шестой больницы по вопросам проведения ремонта и технического обслуживания медицинского оборудования с предоставлением журнала ТО за 2017 г., а именно ? старших медсестер, мед. сестер, заведующих отделениями и лабораториями по вопросам проведения ремонта и технического обслуживания медицинского оборудования с предоставлением журнала ТО за 2017 г. Ходатайство датировано 29 апреля текущего года, т.е. Анастасия Коваленко подписала его в свой первый рабочий день в городской больнице №6. Выяснилось, что юрисконсульт не является его составителем ? она лишь подписала документ в следственном отделе.
Заседание откладывается до 6 августа. Оно состоится в 9:30 ч. утра.
София Лётка
