Деревни и маленькие поселения в российской глубинке, вопреки пропагандистским заявлениям о возрождении села, продолжают вымирать. По данным статистики, с начала 2026 года в России упразднили более 120 населенных пунктов, призванные властями на местах «бесперспективными». Эксперты считают, что такие действия местных чиновников противоречат федеральной демографической политике.
Причем, «под нож» пошли не только населенные пункты, которые давно, в силу череды «реформ», опустели, но даже и те, где проживали жители и дорожили своей Малой Родиной. И это для многих из них стало невосполнимой потерей и трагедией.
Больше всего в этом году «потеряла» Новгородская область – 35 упраздненных деревень. Однако печальное лидерство последних лет продолжает удерживать Костромская область. С начала 2026 года здесь перестали существовать 23 населенных пункта, а за предыдущие пять лет – 310 (самый большой объем пришелся на прошлый год – 134 упраздненных поселений). На третьем и четвертом местах текущего года Архангельская область (19) и Пермский край (11), замыкает пятерку соседняя с нами Рязанская область (6).
Фото: vzsar.ru
В остальных регионах власти официально упразднили от одного до пяти населенных пунктов. Впрочем, некоторые из них продолжают существовать на карте, но уже не как часть других поселений, а не самостоятельные административные единицы. За неполные восемь месяцев в 26 регионах упразднили 165 опустевших населенных пунктов, 37 из которых присоединили к соседним, а 128 ликвидировали совсем.
Что касается упразднённого населённого пункта во Владимирской области, то речь, вероятно, идёт о «посёлке железнодорожной станции Высоково» (Селивановский муниципальный округ). Упразднение оформили законом Владимирской области от 10 июля 2026 года № 103-ОЗ. Но этот посёлок упразднён скорее всего потому, что он находился в черте деревни Высоково. А она достаточно большая. В ней располагается Красногорбатское сельхозпредприятие. И согласно открытым данным, прибыль этого предприятия за последние 5 лет увеличилась с 5 миллионов рублей до 175 миллионов.
Так что пример с посёлком железнодорожной станции Высоково не совсем удачный в плане вымирания. Тем не менее, если посмотреть официальную статистику численности населения в населённых пунктах Владимирской области, то обнаружится, что с числом ноль жителей на сегодняшний день таких найдётся 316. Правда, в некоторых жизнь теплится, но там есть собственники домов, которые зарегистрированы в основном в городах. Поэтому и ноль живущих.
Если же смотреть не динамику, а общее количество обезлюдевших деревень в регионах, то по данным официальной статистики и последней переписи населения, которая проходила в 2021 году, антирейтинг по числу выглядит так:
- Тверская область (более 2,7–2,8 тысяч нежилых деревень);
- Вологодская область (более 2,1 тысячи брошенных сел);
- Псковская область (около 1,9–2 тысячи пустующих деревень).
Другие регионы с высоким числом заброшенных сел: соседняя Ярославская, Костромская, Смоленская и Кировская области (см. публикацию «Действия регионов по упразднению сел и деревень расходятся с курсом Путина и Матвиенко» на сайте «Клуба регионов» от 13 августа текущего года).
Таким образом, Владимирская область вместе с соседними Нижегородской и Рязанской областями оказалась в числе 21 субъекта РФ, где полностью ликвидированы в 2026 году 128 поселений. Но если в регионе-33 упразднен только один из них, то у рязанцев — 6, а нижегородцев — 2. В группе из 9 территорий, в которых упраздненные поселения объединились с другими, из суммарных 37 объединенных населенных пунктов: 5 — пришлись на Нижегородскую и 2 — на Московскую области. А в ТОП-13 регионов по упразднению поселений в 2021 — 2026 годы, кроме безоговорочной тройки лидеров: Костромской (333 населенных пункта), Вологодской (117) и В Новгородской (84) областей, вошла соседняя Ярославская область (16).
При этом, уточняет «Клуб регионов», Президент Владимир Путин на недавней встрече в Улан-Удэ заявил, что для такой огромной страны, как Россия недопустима депопуляция территорий. По словам главы государства, необходимо найти «оптимальное и сбалансированное решение», которое позволит не допустить сокращения населения на территориях с учетом современных технологий, интернета, искусственного интеллекта и других IT-возможностей.
Владимир Путин. Фото: Сергей Фадеичев/ ТАСС
«Для такой огромной по территории страны, как Россия, допустить депопуляцию наших территорий недопустимо. Поэтому нам нужно пройти между Сциллой и Харибдой, нужно найти оптимальное, сбалансированное решение, имея в виду сегодняшние возможности использования современных технологий, использования интернета и искусственного интеллекта, другие возможности IT, », – подчеркнул Владимир Путин.
Ранее стратегической угрозой для страны назвала обезлюдение территорий спикер Совфеда Валентина Матвиенко, выступая в апреле 2026 года на форуме «Малая родина – сила России».
«Россия – исторически не страна агломераций и мегаполисов. Обезлюживание территорий – для нас стратегическая угроза, мы не можем этого допустить – ни с точки зрения национальной безопасности, ни с точки зрения развития экономки», – сказала она, подчеркнув, что власти должны принимать усилия к равномерному расселению жителей по всей стране.
Валентина Матвиенко. Фото: Совет Федерации Федерального Собрания РФ
Пока же губернаторы публикуют указы об упразднении, приводя административную карту своих регионов в соответствие с действительностью, которая далека от установок федерального центра.
Комментарий координатора регионального отделения ЛДПР, депутата Законодательного Собрания Владимирской области Сергея Корнишова:
— Вымирание малых деревень во Владимирской области – это не сухая строчка в отчёте, а медленная, почти незаметная катастрофа, которая стирает с карты не только населённые пункты, но и память поколений. С начала 1990‑х из учётных списков региона ежегодно исчезали по 10 – 20 деревень – и за каждой такой цифрой стоят судьбы, разорванные связи, опустевшие дома, где ещё недавно кипела жизнь.
Главная беда в том, что деревня умирает не от одного удара, а от системного, хронического равнодушия. В сёлах исчезают самые базовые опоры: нет работы, нет школы, нет ФАПа, нет даже магазина – и люди вынуждены покидать места, где жили их деды и прадеды, в поисках хотя бы минимального шанса на нормальную жизнь. Особенно болезненным стал отток после пожаров 2010 года: они не просто сожгли дома – они сожгли последнюю надежду на то, что деревню можно удержать.
Сергей Корнишов. Фото: SergeyKornishov
Но если смотреть глубже, причина не в одном пожаре и не в одном кризисе. Она в самой модели: послевоенный демографический подъём, когда сельское население, даже переезжавшее в крупные города, было молодым и многодетным, сменился поколением, где нормой стали один‑два ребёнка, а сама деревня стала стремительно терять людей репродуктивного возраста.
Когда сегодня говорят, что с 2020 года деревни исчезают реже, это не повод для облегчения. Это признак того, что вымирать стало почти нечему: самые уязвимые точки уже стёрты с карты.
Россия всегда держалась на плечах деревни. И если продолжать вкладывать национальный доход в считанные «жирующие» города, мостя их улицы ценой жизни глубинки, мы рискуем однажды проснуться в стране, где от деревенского уклада не осталось ничего, кроме старых фотографий и музейных экспозиций. Именно поэтому так важен наш лозунг: «Россия больше, чем Москва!» Благосостояние мегаполиса не должно строиться за счёт обескровливания периферии. Деревня – не придаток к мегаполисам, а фундамент. И пока этот фундамент крошится, никакая городская роскошь не сделает страну по-настоящему сильной.
Государство обязано не просто замечать эту проблему, а системно её решать: вкладывать в инфраструктуру, создавать рабочие места, возвращать в сёла медицину и образование. Иначе мы не просто потеряем населённые пункты – мы потеряем саму ткань российской жизни, ту самую глубинку, которая веками хранила её облик. И тот день, когда окончательно вымрет деревня, может стать последним днём страны.
Комментарий лидера регионального отделения «Справедливой России», депутата Законодательного Собрания Владимирской области Сергея Бирюкова:
Сергей Бирюков.
— Федеральные заявления о необходимости развивать удаленные территории пока расходятся с реальными действиями. Муниципальная реформа усиливает централизацию, сокращается программа развития сельских территорий, а ставка на опорные населённые пункты, которыми, как правило, становятся города, оставляет малые деревни и поселки без необходимой поддержки.
Под видом оптимизации социальной сферы закрываются школы, фельдшерские пункты, учреждения культуры, ухудшается транспортная доступность. В результате жители вынуждены уезжать не потому, что хотят сменить место жительства, а потому, что на малой территории становится невозможно нормально жить и работать.При этом звучат предложения переселять жителей мегаполисов в деревни. Но возникает простой вопрос: кем тогда будут замещаться жители крупных городов? Мигрантами? Нельзя строить демографическую политику по принципу искусственного перемещения населения, не создавая условий для жизни ни в деревне, ни в городе.
Если государство хочет сохранить сельские территории, необходимо не переселять людей административными решениями, а создавать там рабочие места, обеспечивать доступную медицину, образование, транспорт и жилье. Одновременно нужно решать проблему депопуляции самих мегаполисов, а не рассматривать их как неисчерпаемый источник населения для других территорий.
Сегодня очевидно, что декларирование благих намерений расходится с реальными действиями на земле. Нельзя говорить о равномерном расселении, сокращая поддержку села и оптимизируя социальную сферу. Нельзя сохранить территории, если государство последовательно делает жизнь на них все менее возможной.
