31 августа редакция получила печальное известие: 22 августа скончался один из старейших журналистов Владимирской области Александр Сабов. А несколькими днями ранее — 18 августа — ему исполнилось 78 лет. В разное время Александр Сабов работал в штате и вне штата в «Томиксе», «Призыве», на ГТРК «Владимир» и других изданиях. В архиве Томикса мы нашли интервью с Александром Алексеевичем, подготовленное тогдашним редактором «Владимирской газеты» Михаилом Буяновым — к 70-летию Александра Сабова, в 2015-м году.
«Я всю жизнь был хмельным!»
Полагаем, не надо особо представлять читателям «ВГ-«Томикс» одного из старейших журналистов нашей области Александра САБОВА. А вот узнать подробности его весьма контрастной биографии, пожалуй, многим землякам будет интересно.
– Александр Алексеевич, прежде всего искренне поздравляю тебя с достойным юбилеем! А сам-то чувствуешь груз 70 лет?
– Чувствую. Особенно тяжелы лишние килограммы веса. А вот душа по-прежнему легка на подъем. Готов хоть завтра в командировку по заданию редакции.
– Ты всегда был большим оригиналом. В 16 лет, прямо из ремесленного училища, «сиганул» по комсомольской путевке на строительство Западно-Сибирского металлургического завода. Как же родители отпустили?
– Они у меня тоже были романтиками. К тому же, после Магнитки и подъема Целины город Сталинск Кемеровской обл. казался всем верхом цивилизации. А если еще учесть, что с первой же получки я отослал приличную сумму домой, то семья совсем успокоилась. Вскоре я получил в ДОСААФ смежную профессию шофера и ушел в армию. Служил под Омском.
– В твоей биографии есть не один скандальный случай. Например, как тебя угораздило попасть из славной воинской части в Новосибирский дисциплинарный батальон?
– Шерше ля фам. Рванули с другом Виктором Колосковым в самоволку и в общежитии девчат повздорили с дружинниками. Те накостыляли нам. Друг крикнул: «Беги, Сашка, в казарму, поднимай роту по тревоге!» Я сбегал, поднял… За что и схлопотал 2 года дисбата. Честно обжигал полтора года кирпичи. Вернулся в полк в 1965 г. , напечатал первый репортаж с танкодрома поселка Светлый в газете СибВО «Красный воин» . Отцам-командирам понравилось, засчитали мне дисбат в срочную службу.
– Значит, у тебя сегодня и творческий юбилей? 50 лет в журналистике?
– Спасибо, Михаил Анатольевич, что напомнил. Ну и времечко бежит, оглянуться некогда.
– Ты один из немногих журналистов, имеющий имя, но не имеющий даже среднего образования. Почему не учился? Как тебе удалось долгое время работать в областной партийной газете «Призыв», куда даже выпускники МГУ становились в очередь?
– Сначала был внештатником, работал электросварщиком в Меленковской «Сельхозтехнике» и посылал острые заметки в «Призыв» . Меня запомнил заведующий сельхозотделом Николай Иванович Лопанов . Позже взял к себе под обещание поступить в институт. Но так и остался я с одними лишь «горьковскими университетами» . Не помню, целовал ли меня бог в темечко, но никогда не забуду, как в детстве, играя в войну, сосед Женька Зиняков разбил мне голову брошенным камнем. Кровь, боль, искры из глаз, но где-то через месяц потянуло меня на… стихи. А еще в том же году впервые влюбился. В Танечку Голованову , отличницу, красавицу с карими глазами, председателя Совета пионерской дружины. У нее, правда, был очень строгий старший брат Мишка, который все-таки отвадил меня от «соловьиного посвистывания» под окнами. Правда, лет через 30 он извинился.
– Кстати, о женщинах. В наших кругах ты слывешь большим ловеласом и дамским угодником. А удалась ли семейная жизнь?
– Два раза не удалась. Но свою «единственную» все-таки нашел. Счастлив любимой женщиной и детьми. Старший Сергей очень серьезный мужик, военный летчик, сегодня работает главой администрации одного из городов Украины. Владимирские дочки Маша и Нина тоже нашли себя в жизни. В общей сложности у меня 2 внука и 5 внучек. Старшая Настенька , крещенная в Успенском соборе, продолжает медиаобразование в Варшавском университете. Она часто пишет мне, много расспрашивает о моих журналистских контактах с Борисом Ельциным, Михаилом Горбачевым, Александром Солженицыным, Львом Лещенко, Константином Райкиным, Людмилой Сенчиной … А как-то раз, в 1978 г. , брал интервью у самого Штирлица. В этот момент нас сфотографировал известный летописец Суздаля Юрий Белов . В год 75-летия Вячеслава Тихонова он напечатал этот снимок в газете с такой вот шутливой подписью: «Мюллер допрашивает Штирлица…» Только жаль, затерялась в суздальском парке березка, которую сажал в тот же день Расул Гамзатов . У меня есть планы найти дерево по сделанным тогда фотографиям. Идеей уже заинтересовался журнал «Огонек» . Но сначала, разумеется, о результатах поиска узнают читатели «ВГ-«Томикс» . Последние 5-7 лет сотрудничаю только с этой бунтарской газетой.
– Хватает ли на хлеб с маслом?
– Ну разве могут быть приличными гонорары в независимой газете? Подрабатываю помощником депутата в Собинке. Участвую в предвыборных пиар-кампаниях.
– Помогли кому-то победить?
– Помог. В том числе спикеру райсовета Любови Потаповой , депутату ЗС области Дмитрию Рожкову и главе Лакинска Борису Куприянову . В то же время каюсь, что в 2005 г. активно способствовал избранию главой Собинского р-на Виктора Аникина . Не оправдал он надежд избирателей.
– А вспомни-ка, дружище, где ты был 19 августа 1991 г.?
– Во Владимире. Писал репортаж о том, как земляки восприняли свершившийся путч. Однако лишь газета «Молва» осмелилась напечатать этот архиактуальный материал в номере за 20 августа . Правда, редакция обезопасила меня псевдонимом. А уже 24 августа мне удалось сфотографировать моменты опечатывания кабинетов обкома КПСС и записать провидческую фразу второго секретаря обкома Николая Виноградова : «Я еще вернусь сюда!»
В общем, всегда любил и гордился я своей профессией, подарившей мне за 50 лет незабываемые, яркие встречи. У меня громадный архив, разобрать и использовать который, возможно, сумеет со временем внучка Настя . Хорошо владеет словом и средняя внучка Аленка , спасибо генам и школе №11.
– Чем же сам займешься на склоне лет?
– Мемуарами о любимых женщинах (улыбается). Даже о тех, которые не ответили мне взаимностью. А таковых, честно признаюсь, большинство. Но для меня гораздо важнее каждую весну самому влюбиться, пострадать, опьянеть, вдохновиться на новые стихи: «Гораздо хуже, коль мужчины перестают с ума сходить…» Сердечный хмель – самый сладкий. Никогда не понимал мужиков, не чувствующих «беса под ребром» , убивающих время водкой, наркотиками, серой хандрой. Пока мы любим – мы живем! Был случай, когда я даже в женский голос влюбился. Мой коллега Валерий Скорбилин вел радиопередачу о талантливой мастерице. Я услышал ее сексапильный говорок, и внутри всё отозвалось. Стал пьян без вина! Отрезвел, когда она не дала мне… телефон.
– Ну ты и даешь! А правду ли бают, что из-за одной красивой коллеги у тебя навсегда испортились отношения с главным редактором «Призыва» допутчевских времен Николаем Демьяновым?
– Неправда. Просто так получилось, что эта коллега переехала в новую квартиру и попросила меня, как соседа, помочь в обустройстве. Я вечерком зашел, зашпаклевал раствором проемчик за ванной и попрощался. Вдруг вижу – поднимается по лестнице Николай Иванович. Здороваться неудобно, уже виделись днем. Разминуться молча – тоже нехорошо. Я взял и ляпнул: «Николай Иванович, зря идете, я уже зашпаклевал щель у соседки». Так и пошли досужие разговоры об этом случае, превратившиеся благодаря Вячеславу Юденичу в анекдот. Тем не менее лет через 10 меня действительно, при содействии Демьянова , исключили из членов Союза журналистов СССР с формулировкой «За нарушение журналистской этики». Оно выразилось в публикации интервью одного председателя колхоза в двух изданиях – газете и журнале. Припомнили и мелочи. Но не бывает худа без добра. За время годового «простоя» я написал книжку об опыте работы владимирских мелиораторов. Ее издали в Ярославле.
– Ну и на посошок – расхожий вопросик. Если бы ты, Александр Алексеевич, нашел сегодня «горячий камень», то стал бы его разбивать?
– Ни в коем случае. Я целиком и полностью доволен состоявшейся жизнью, горд своими наследниками. И уж совсем задеру нос, если твое, Михаил Анатольевич, интервью со мной будет опубликовано на сайте самой читаемой газеты «ВГ-«Томикс» . Так что, когда наступят неизбежные сроки писать некролог обо мне, прошу тебя, не ломай голову и перо – достаточно сегодняшнего панегирика. Однако, надеюсь еще, даст бог, порадовать хороших людей хорошими статьями, а негодяев сильнее разозлить острой критикой. Вдруг исправятся? Как говорил герой фильма «Журналист»: «Мы стараемся усовершенствовать мир на основе собственных несовершенств…»
