Нашумевший закон о местном самоуправлении обнародован, и теперь «белому дому» Владимирской области, решительно поддержавшему переход на одноуровневую модель МСУ, придется доказать обоснованность своего выбора.
Напомню: 18 субъектов РФ не собираются переходить на одноуровневую систему местного самоуправления, 25 придерживаются смешанной формы, 20 уже перешли на новую модель, и еще 26 (в том числе и Владимирская область) уже приступили к ее полному переходу (см. публикацию «Новый законопроект о модели местного самоуправления поделил регионы России на «за» и «против» на сайте «Томикс» 10 марта текущего года).
Единый подход тут неуместен
Вряд ли идеологи законопроекта рассчитывали на такую неожиданную развязку и непокорность почти половины субъектов РФ. Прогнозы на единодушную поддержку очередной муниципальной реформы не оправдались. Регионы проявили, на мой взгляд, обоснованный характер и не захотели, как прежде, безоговорочно по директиве сверху разрушать сложившийся первичный уровень местного самоуправления (см. публикацию «Ликвидацию двухуровневой системы МСУ приостановили?» на сайте «Томикс» от 10 февраля текущего года).
Поправки в Конституцию, принятые в 2020 году, закрепили принцип единства системы публичной власти. Он предполагает, как пишет « Российская газета» от 25 марта текущего года, согласованного действия различных уровней власти как единого целого, прежде всего, в интересах населения. А значит, возможности местного самоуправления должны не ограничиваться, а возрастать. И это постоянно подчеркивает Президент Владимир Путин.
Рисунок: thebalancemoney.com
Между тем действующий (пока еще) закон о местном самоуправлении постоянно раздувался, наполняясь новыми, зачастую противоречивыми поправками. Как рассказал «РГ» председатель Комитета Госдумы по государственному строительству и законодательству Павел Крашенинников, в тот закон более 200 раз вносились изменения. Целых девять статей теперь уже прежнего закона посвящены только разноуровневым полномочиям, подчас пересекающимся друг с другом.
На эти противоречия и обратили внимание наши эксперты в ходе открытой дискуссии на сайте «Томикс» о муниципальной реформе в январе — марте текущего года. И руководствовались они не своими идеологическими пристрастиями (в чем их хотели заподозрить сторонники реформы), а исключительно интересами МСУ и принципами народовластия. И жизнь подтвердила правоту такой принципиальной позиции.
Опорой местного самоуправления могут быть старосты
Наши эксперты призывали «белый дом» Владимирской области не форсировать события официально не принятой федералами муниципальной реформы и обратиться к компромиссным в таких случаях публичным процедурам: референдумам, общественным опросам, собраниям представительных органов нижнего звена МСУ и их районных коллег, заключениям профессионального экспертного сообщества и т. д. В отсутствии федерального закона настойчивость «белого дома», на взгляд наших экспертов, выглядела необоснованной и противоречивой.
Не выглядел убедительным главный довод региональной власти к запуску реформы об экономии бюджетных средств ради спорной перестройки привычной на местах исторически обусловленной системы народовластия. В 2024 году «жертвами» скоропалительной инициативы реформаторов во Владимирской области стали три муниципальных района. На очередь в 2025 году поставили ещё десять.
Рисунок: yarkprf.ru
Похоже, такой же логике, в конечном счете, последовали и федеральные законодатели, предложившие в принятом в марте текущего года законопроекте два компромиссных и равнозначных варианта реформы. Первый: регионы смогут сохранить двухуровневую систему местного самоуправления. В таком случае там продолжат действовать такие виды муниципальных образований, как муниципальные районы и входящие в их состав сельские и городские поселения. Второй вариант: перейти на одноуровневую систему. Тогда бывший сельсовет станет филиалом районной администрации.
Для обычных граждан, считают федеральные эксперты, скорее всего, такие подробности не столь важны и интересны. Речь о механизмах власти, про которые рядовой человек, как правило, и не задумывается. Но если на улицах станет чище, а местные дороги ухоженнее, значит, реформа удалась.
В целях оперативного решения задач местного самоуправления предусматривается возможность создания территориальных органов местной администрации, а в случае перехода на одноуровневую систему должны быть в обязательном порядке созданы территориальные органы местной администрации, куда на работу может перейти сложившийся и опытный кадровый состав с сохранением уровня гарантий не ниже имевшегося.
Иными словами, в ходе реформы, уточняет «Российская газета», старые органы власти могут стать, по сути, филиалами новых местных администраций. Таким образом, и ценные кадры сохранятся, и местная власть не удалится от народа.
Для всех должностных лиц местного самоуправления устанавливается единый срок полномочий – пять лет. Если глава муниципалитета не справляется со своими обязанностями, то высшее должностное лицо субъекта сможет применить к нему меры взыскания от предупреждения до снятия с должности. При этом претензии должны быть публично обоснованы.
Еще один сюрприз первичному звену МСУ, на мой взгляд, таится в обсуждаемом экспертном сообществе предложении о повышении роли сельских старост населенных пунктов, численность жителей которой превышает 500 человек.
Рисунок: cdn.culture.ru
Таких поселенческих территорий на просторах нашей страны тысячи. Инициаторы предложения — Госсовет Удмуртской Республики (см. публикацию в «Российской газете» от 11 февраля текущего года) — уверены, что это нововведение поможет адресно решать проблемы в крупных сельских населенных пунктах.
Для этого предлагается изменить действующий порядок проведения сходов граждан. Планируется проводить их не только по вопросу выдвижения кандидатуры старосты всего сельского населенного пункта, но и старосты части его территории, на которой проживает более 500 человек.
По мнению экспертов, это предложение выглядит достаточно перспективным и достаточно попасть в глубинку, чтобы увидеть – в больших селах и поселках сегодня за такую инициативу проголосовали бы абсолютное большинство сельчан.
