29 сентября в Меленковском мировом суде на участке №1 снова рассматривали «дело о граблях», уже успевшее прославить расследовательские таланты местной полиции. Вся мощь прокуратуры и суда бьется над вопросом, каким же образом 67-летняя женщина смогла довести 37-летнего мужика до сотрясения мозга с помощью то ли одного, то ли трех ударов пластмассовыми граблями для сена.
Напомним канву истории. 67-летняя Нина Волгина убирала сено на задах дворов в деревне Лехтово. 37-летний безработный сосед, Алексей Захаров ходил снимать ее на телефон. Причем не один раз. В уголовном деле мелькало, что он хотел использовать съемку как доказательство того, что Волгина якобы незаконно пользуется благами муниципальных лугов.
Дело в том, что Волгина и ее дочь, Елена Суворова, находятся в сложных отношениях с семьей Захаровых. То у Суворовой избили корову до выкидыша, то произошел казус на сенокосе.
Захаров снимал работу женщин с сеном на телефон, нервы у Нины Волгиной не выдержали, и она то ли замахнулась на «кинооператора», то ли ударила его (на видео не ясно). Он побежал в полицию и в больницу, выдавая случившееся чуть ли не за зверское избиение до сотрясения мозга. Почти все его увечья подкреплены лишь его словами, но этого оказалось достаточно, чтобы возбудилась местная полиция, представитель которой признается в телефонном разговоре, что дело шито белыми нитками (подробный разбор уголовного дела читайте здесь).
Прокуратура не заметила никаких странностей и противоречий в деле и передала его в суд. Сначала всё было против Волгиной. Одно из заседаний пожилая женщина, всю жизнь проработавшая в местном колхозе дояркой и от волнения не способная грамотно отвечать на юридические вопросы судей и адвокатов, осталась совсем без защитника. Позже в дело включился Олег Алакпаров, и надежда на беспристрастное разбирательство все-таки появилась. Несмотря на то, что адвокат Захарова Светлана Фиохина является женой начальника следственного отдела ОМВД РФ по Меленковскому району Сергея Фиохина.
На прошлом заседании Алакпаров добился, чтобы Волгину отпустили домой и дело рассматривалось без нее.
На заседание 29 сентября адвокат Светлана Фиохина и её доверитель Алексей Захаров не явились, не объяснили свое отсутствие. Когда мы подъезжали к Меленкам, автомобиль Фиохиной ехал в противоположную сторону. Фиохина и Захарова просили рассмотреть дело в их отсутствие.
Олег Алакпаров заявил, что если они снова пропустят заседание без уважительной причины, он потребует привезти их принудительно.
Защитник Волгиной в снова потребовал сделать отвод мировому судье Дмитрию Зезину. Новым основанием для отвода стало то, что на прошлом заседании судья спросил у подсудимой: «Вы хотите отказаться от дачи показаний по 51 статье Конституции?». Алакпаров просил позволить ей не давать показания по статье 47 УПК РФ, которая разрешает подсудимой просто отказаться давать показания, а не отказываться давать их против себя. Разница здесь есть, и женщина, не разбирающаяся в юридических тонкостях, могла ответить на вопрос Зезина во вред себе. 51 статья не освобождает от дачи всех показаний, только против себя и близких.
В прошлый раз прокуратуру представлял лично районный прокурор Сергей Лукьянов. Теперь вместо него отправили Татьяну Муртазовну Каджаю, его помощнику. Во время первого же перерыва она вышла кому-то звонить, говоря, что больше не пойдет на суд. После этого разговора она слегка опоздала на заседание.
Судья отказал Алакпарову в отводе, прокуратура тоже не нашла оснований для отвода, но не разъяснила, в чем необоснованность ходатайства. Татьяна Каджая не сослалась ни на одну юридическую статью, даже после того, как защитник Волгиной попросил ее говорить аргументированно. Дмитрий Зезин же рассказал, что подозрения Алакпарова в пристрастности судьи носят предположительный характер. Судья объяснил пустоту слов прокурора просто: зачем тратить время на обоснование?
В конце концов Олег Алакпаров вступил в жаркий суд с судьей, дело в отсутствие потерпевших рассматривать не стали и перенесли на 14 октября.
Светлана Фиохина вместо себя и доверителя прислала в суд письмо, в котором рассказывается, что она против того, чтобы Волгина запрашивала в больнице медицинские данные «избитого граблями», потому что это «врачебная тайна».
При истребовании данные документы могут развалить уголовное дело, потому что если окажется, что никакого сотрясения мозга у Захарова не было, то дело не стоит гулькина носа. Желание Фиохиной не запрашивать такие сведения – логично.
Кроме того, Фиохина выступила против того, чтобы Алакпаров запрашивал в местной больнице данные о психическом здоровье Алексея Захарова. Особенно в части «влияния полового влечения потерпевшего на его психическое состояние». Данные формулировки видятся адвокату оскорбительными.
По сути, рассмотрение дела затягивается.
Александр Холодов
