Автор этих строк давно увлекается музыкой, часто поёт караоке в СДК Муромцево, а недавно попробовал свои силы на кастинге телешоу «Фабрика Звёзд». Правда, вылетел почти сразу. Это стало стимулом заняться вокалом серьёзнее. Так я оказался на студии Светланы Островской — музыканта, педагога по эстрадно-джазовому вокалу, автора песен и исполнительницы. Надев гламурные розовые тапочки, мы разговорились и о жизни, и об участии Максима Резниченко в телепроекте «Ну-ка, все вместе!».

Фото из личного архива Светланы Островской
— Светлана, ваша жизнь с музыкой связана с самого детства. Как всё начиналось?
— Я очень любила петь с первых классов, учила петь одноклассниц — мне до сих пор об этом рассказывают. В моё время не было интернета, чтобы слушать что угодно и петь под караоке. У меня был проигрыватель, несколько пластинок, купленных мамой. А всё, что я слышала по телевизору или на улице, я садилась подбирать на инструменте.
Каждый день с шести лет это было моим любимым занятием. Потом пошла в музыкальную школу. Помню, перед уроком сольфеджио мы собирались компанией человек десять, я садилась за пианино и демонстрировала, как подобрала очередную модную песню. Пела во всё горло — такое было хобби, которое потом переросло в профессию.
— Как педагог, кого вам сложнее обучать: детей или взрослых?
— Когда-то я занималась только с детьми, а сейчас практически только со взрослыми. С детьми работать — удовольствие, но за ними всегда стоят взрослые. И общаться с ними не всегда просто, потому что многие реализуются за счёт своих одарённых детей. У родителей большие амбициозные цели, а тут надо понимать, что это большой сложный путь, который проходится пошагово, день за днём. Как только включаются амбиции, начинаются проблемы, и это отражается на детях. У меня был не очень приятный опыт, поэтому сейчас я беру детей с большими оговорками — чтобы родители не влияли на мою работу.
— Сложно ли из взрослых вытащить поющую часть? С возрастом взрослые замыкаются в себе, боясь чего-то нового.
— На самом деле несложно. Взрослые приходят с желанием, у них уже есть мотив. Даже если человек стесняется, к середине первого занятия зажим проходит. Главное — не сравнивать себя с кем-то, а сравнивать с собой предыдущим. Я всегда говорю ученикам, что у меня нет позиции критически к ним относиться.
Моя задача как у врача — оценить масштаб проблемы и наметить путь. Одно дело — просто внести в жизнь что-то красивое, эстетические переживания. Другое — подготовиться к проекту, как у Максима, поучаствовать где-то. В зависимости от задачи я и выстраиваю путь.

— Вы упомянули Максима Резниченко. Расскажите, как выбрали песню для шоу «Ну-ка, все вместе!»
— Максим — лирический персонаж. У него очень узнаваемый красивый тембр, который затрагивает струны грусти, тоски, любви. Нам нужна была песня, которая за три минуты заставит людей отключить критический контроль и проживать текст эмоционально. Мы долго искали. Песня должна была быть изначально не очень напевной, а декламационной — чтобы показать и декламационное начало, и вокальное.
Декламационное начало позволило людям поверить в историю, погрузиться в смысл. А потом вокальные части воспринимались уже не как ноты, а как часть душевного порыва. Мы перелопатили много материала, и эта песня попалась одновременно и мне, и Максиму. Когда он прошёл кастинг, мы скинули её на согласование — и её тут же утвердили.
—На шоу вся сотня экспертов дружно встала при исполнении Максима.
— Да, это было очень тепло. И это помогло понять, в каком направлении двигаться дальше. Его песни, которые я написала, очень разные — я искала ниточку. А когда пришли на конкурс, стало понятно: ему надо идти исходя из своей органики, не гнаться за молодёжной аудиторией, не пытаться попадать в тренды. Он мальчишка-ретро из маленького городка, из Курлово, у него строгая мама, старые установки. И зачем его адаптировать?
У него есть своя аудитория, которая его очень тепло встретила. Даже критические замечания — это скорее проверка на прочность. Принять критику и сказать «спасибо, учтём» — это здорово. Лазарев сказал, что налёт ретро ему очень идёт. И я поняла, что его, наверное, надо вести в продолжение традиций советской песни — Анны Герман, Марии Пахоменко. Настоящая душевная композиторская песня сейчас в дефиците, а спрос на неё есть.

Максим Резниченко. Фото пресс-службы телеканала «Россия»
— Когда шёл к Вам, услышал из проезжающих машин песни, созданные искусственным интеллектом. Стало даже как-то грустно. А как вы относитесь к искусственному интеллекту в музыке?
— Никак не отношусь. Считаю, что это не творчество, а подмена творчества, обесценивание. Иногда такие песни очень хорошо звучат, но, когда привыкаешь ушами, понимаешь, что писала машина. В них нет души. Послушаешь одну, две, три — и больше не хочешь. Но тем ярче на этом фоне будет звучать настоящее искусство. Возможно, оно станет более элитарным и будет больше цениться. Потому что предназначение искусства — человеческое самовыражение. Только человек может выразить чувства. Машина не может чувствовать.
— Вы пишете песни. Сколько времени уходит на создание?
— По-разному. Иногда несколько месяцев не могу написать, иногда забрасываю и возвращаюсь. А бывает, что за 15 минут рождается ядро. Недавно я написала новую дуэтную песню в жанре кроссовера, на стыке классики и эстрады. У меня были искусственно поставленные сроки, я даже брала благословение. Думаю, в декабре вы сможете её услышать.

Максим и Анастасия. Фото «КлючМедиа»
— Благодаря вашим занятиям познакомились Максим и Анастасия Сахарова. Считаете себя музыкальной «свахой»?
— Я стараюсь не смешивать личное и профессиональное. Максим пришёл ко мне в 11 лет, мы уже 10 лет проходим этот путь. Я стала его творческой мамой. Но мне не хотелось бы, чтобы пуповина связывала его со мной слишком тесно. Он имеет право на свои ошибки, на свои шишки. Я никогда не расспрашиваю его о личной жизни и не даю советов. Со своим родным сыном, которому 28 лет, я тоже не лезу в отношения. В музыке — другое дело. Дуэт Максима и Насти имел место быть, я написала для них две песни. В будущем будут ещё дуэты, но не обязательно с Настей — рассматриваются и другие певицы, в том числе известные.
А теперь – к репетиции
Слова Светланы касаемо творчества очень вдохновили. Мы решили попробовать исполнить две мои любимые песни — «Hard Drive» и «Brighter». Первая далась относительно хорошо. Вторая — прям плохо. И неудивительно: «Brighter» — это песня-мюзикл, такое пока не вытягиваю. Но «Hard Drive» исполнил ещё несколько раз, попел и с минусом. И каково было моё удивление, когда Светлана, послушав песню всего раза три, села за пианино и сыграла её! Я был в восторге.
И это был не единственный сюрприз от Светланы.
Если вы смотрели 8 выпуск 8 сезона «Ну-ка, все вместе!», то помните, что некоторые судьи сказали: «Не верю!» на исполнение Максима.
— Пока не могу раскрыть секрет. Но одна из тех, кто не поверил в него, теперь наша доброжелательница. А в начале декабря будет такая бомба в запасе — люди удивятся. И песня, которая прозвучит в полуфинале 27 ноября, будет для всех большим сюрпризом. Никто даже предположить не может, что это будет.
Что ж, будем ждать новых побед нашего земляка! 27 ноября включайте телевизор, смотрите второй полуфинал шоу «Ну-ка, все вместе!» и болейте за Максима Резниченко.
Никита Овчинников-Коваринс