Смена федеральной управленческой повестки позволила главам субъектов РФ укрепить свои позиции в исполнительной вертикали власти и получить возможности для маневра в экономической политике.
Пожалуй, впервые за неполных пять месяцев моей работы обозревателем обновляемого «Томикса», читатели проявили интерес к политической теме. Четверо их них позвонили по телефону и достаточно эмоционально поделились своим мнением по поводу прогнозируемой федеральными экспертами ротации губернаторских кадров (см. публикацию «Кремль собирается обновить кадровую региональную повестку?» на сайте «Томикс» от 19 марта текущего года).
Обновление элит — веление времени.
Оговорюсь сразу: позвонившие достаточно известные во Владимирской области люди, в прошлом относящиеся к региональной партхозноменклатуре. Работали в обкоме КПСС, облисполкоме, возглавляли райадминистрации. И были, не скрою, моими идеологическими оппонентами многие постсоветские годы. Не смотря на преклонный возраст, интереса к политике не утратили и продолжают внимательно наблюдать за событиями в родной губернии. Правда своих имен, по вполне понятным причинам, просили не называть, с уточнением, «пока».
Собеседники не скрывали, что обновление местных элит — процесс необходимый и неизбежный. Когда числились в управленческой обойме, придерживались совсем иного мнения. Теперь же, по их признанию, их раздражает и напрягает многолетнее присутствие в политтусовке одних и тех же персон (при них большинство сегодняшних «хозяев жизни» служили незаметными ординарцами), которые почувствовали себя «незаменимыми» и «непотопляемыми». По этой причине, подчеркнули старые служаки, жители разочарованы в выборах с заведомо известным результатом и не идут к урнам для голосования.
Скриншот: vladtv.ru
«Нужен приток свежей крови», — заявил каждый из моих собеседников. И, что удивительно, привели пример с назначенцем Кремля, уроженцем Калужской области Александром Авдеевым. Они считают, что на этот раз выбор Администрации Президента, при всех спорных моментах, оказался в целом оправданным, поскольку привел к встряске региональной, прежде всего, политической элиты, после стагнации последних лет. Для меня их доводы показались неожиданными, учитывая давнюю симпатию местных управленцев к доморощенным кадрам.
«Сегодня во власти востребованы не региональные лидеры общественного мнения, подкупающих своим расчетливым популизмом и митинговой риторикой, — почти единодушно уточнили собеседники свою позицию, — а выдвиженцы из обоймы Владимира Путина, для которых открыты все двери правительственных структур» и вспомнили опыт Николая Виноградова и Светланы Орловой. Разумеется, в пользу Светланы Юрьевны, являвшейся одним из влиятельных лоббистов в России, способной ногой открывать двери в самые высокие кабинеты власти, о чем Николаю Владимировичу приходилось только мечтать.
«У Александра Авдеева, — уточнили они, — пока нет такого политического веса, как у Орловой и опыта, как у Виноградова. Зато есть поддержка политического лобби в столице. А это в нынешних прагматичных реалиях большой плюс и едва ли не единственное и главное преимущество перед местными конкурентами».
Кадровая централизация потребовала новых управленцев
Вот такой необычный состоялся разговор. И он получил своего рода продолжение в интервью «Клубу регионов» 20 марта текущего года политолога Владимира Слатинова о том, существуют ли общие правила для назначения губернаторов со стороны. Приведу его, на мой взгляд, ключевые фрагменты.
Политолог Владимир Слатинов. Фото: dzen.ru
— Если говорить о действующих губернаторах, сильно ли стиль и качество работы варягов отличается от местных?
— Начну немного издалека. Мне кажется, что с 2012 года, с появления первых нацпроектов и возвращения прямых губернаторских выборов, мы имеем очень серьезную трансформацию региональной политики. В нашей модели централизованного федерализма огромная доля ресурсов идет сверху вниз через нацпроекты и федеральные программы. В этой парадигме задача губернатора – адаптировать региональные потребности к вот этим доминирующим федеральным инструментам, а сам губернатор становится оператором регионального развития от имени федерального центра, и это кардинальным образом меняет кадровую политику.
С 2017 года, года пришел в Администрацию Президента Сергей Кириенко, а тем более, с 2020 года, когда поменялось правительство и его возглавил Михаил Мишустин, мы видим совершенно органичную систему, когда экономическая централизация влечет за собой кадровую централизацию. А раз губернатор – это теперь оператор развития региона от имени и по поручению федерального центра, тогда нужен и губернаторский резерв, и «кипиаи» и другие технократические инструменты.
А теперь у нас есть еще и 414-й ФЗ, по которому президент может убрать губернатора по утрате доверия. И варяги в этой парадигме глобальной национальной политико-экономической централизации более органичны, чем местные. И центр варягам доверяет больше. Особенно это было заметно на этапе, когда эта система только запускалась, ведь пиковые изменения в губернаторском корпусе произошли как раз в 2017-2019 годах.
И вот тут я отвечаю на ваш вопрос: в этой парадигме местные и варяги друг от друга не отличаются, поскольку они все встроены в одну систему. Отличаются они лишь кадровой политикой уже внутри региона: местные не заводят варягов или не заводят их в таком количестве в качестве своих заместителей, и они стараются аккуратнее блюсти интересы регионального бизнеса. Плюс, местные более ориентированы играть в долгую, а варяги – показать себя и быстрее уйти на повышение в центр.
Фото: i.pinimg.com
— Населению вообще еще важно, кого им назначают – своего или варяга?
— Население осознает свою роль, оно приняло систему централизованного федерализма, в которой кому руководить регионами, решают в Кремле. То же самое можно сказать и про политические силы. Люди понимают, что выборы – это одобрение населением кандидатуры Кремля через голосование.
— Вы говорите об унификации, но также отмечаете, что понемногу местных губернаторов возвращают в регионы. Можно сделать прогноз, что будет дальше?
— Поскольку все-таки Россия слишком большая страна, то система, сформировав единые жесткие правила, внутри себя все-таки начинает диверсифицироваться. Если брать 2017-2019 годы, то тогда губернаторами назначались в основном федеральные игроки. Затем среди губернаторов появились бывшие мэры и региональные чиновники. То есть, во-первых, появляются разные источники кадров для резерва. Во-вторых, губернаторы, которые хорошо себя проявили, в прошлом году перешли в правительство, а на их место в трех случаях пришли местные.
В общем, думаю, в ближайшие годы мы будем наблюдать дальнейшее усложнение и дифференциацию системы. Но сама модель не изменится, потому что новые нацпроекты утверждены до 2030 года, правительство работает в рамках этой парадигмы, а политико-экономическую централистскую модель никто отменять не собирается.
