Инициатива, из-за которой скандал в информационном пространстве разгорелся за короткое мгновение в среду, 21 октября 2026 года, была озвучена, судя по всему, ещё 10 дней назад на очередном заседании комитета по бюджету и финансовым рынкам верхней палаты российского парламента. Невольным провокатором скандала стал сенатор от губернатора Калужской области Анатолий Артамонов.
Политик предложил провести очередную «оптимизацию» отечественной медицины.
Он считает, что в целях более рачительного расходования бюджета следует посчитать, сколько в регионах больниц, которые можно отнести к разряду «нежизнеспособных». Такими сенатор считает медицинские учреждения, где мало пациентов и врачей, а значит, и денег на обеспечение их работы. Речь, понятное дело, в первую очередь о сельских больницах.
Вместо того, чтобы и дальше вкладывать в такие больницы средства, сенатор предложил тратиться на доставку больных в крупные «богатые» больницы в городах.
Журналисты — и федеральные, и региональные — поняли сенатора однозначно: больницы на селе из-за дефицита бюджета стоит закрывать.
Скриншот поста телеканала «Царьград» в мессенджере Max.
В некоторых регионах, в частности, в Воронеже, неназванные «эксперты» из числа разоблачителей «вражеской пропаганды» поспешили назвать такие публикации о сенаторе фейками:
«Авторы фейка смешали реальные тезисы, вырвали цитату из контекста и добавили панический заголовок, чтобы спровоцировать волну негатива», — пишут разоблачители и оправдывают Анатолия Артамонова заявлением, что сенатор говорил «о контроле за больничными, а не о закрытии больниц».
Поскольку запись заседания комитета СовФеда сохранилась на канале Совета Федерации в RuTube, каждый может послушать заявления сенатора и сделать вывод: предлагал он массово закрывать больницы или нет.
«Томикс» выделил из часовой записи заседания тот самый момент, где сенатор Анатолий Артамонов говорит об «оптимизации расходов» на содержание сельских больниц.
Фрагмент видео Rutube
«Я говорю о том, что у нас бюджетных средств не хватает. На огонь дров не накидаешься. То есть нам нужно к этим бюджетным средствам бережно относиться. Ну и, конечно, коллеги, нам нужно посмотреть вместе с регионами. Я понимаю, как и со школами малокомплектными, так и с этими районными участковыми больницами, особенно, когда какие-то электоральные циклы наступают, этот процесс всегда политическим становится. Но. Наступает зима. Долги за газ, долги за электроэнергию, отапливать нечем…
Это как мама отправляла Красную Шапочку к бабушке в гости. Говорит: сейчас придёшь к ней, она будет тебе рассказывать: «Вот зима скоро, хата худая, везде дует, денег нету»… А ты не слушай: «С повидлом — по 10, с мясом — по 20!» И всё. Понимаете, в чём дело? Поэтому… посмотреть надо. А как используются эти помещения?
Изображение: ИИ ГигаЧат
У нас не все медицинские учреждения в состоянии своим тарифом заработать столько денег, чтобы даже на отопление [хватило]. А если это так, то смысла в этой деятельности никакого нет. Нет, я понимаю, лечить людей тоже надо. Но надо лечить, а не создавать видимость, что мы их лечим… Кто там работает? Что там за квалификация хирурга, когда он, кроме как вскрыл какой-нибудь нарыв… И потом через две недели, может быть, еще кого-то привезут. И он называется – хирург!
Может быть, лучше сделать там автобус, дать этой больнице, который будет беспрепятственно доставлять этих пациентов в какую-то больницу нормальную, где есть нормальный хирург или врач какой-то другой специальности. Вот это тоже надо смотреть. Вы же проверяете качество оказания медицинских услуг. И должны проверять, как там всё — в соответствии с протоколами или в несоответствии с протоколами. И давать рекомендации: слушайте-ка, у вас вот рядом больница хорошая, чего вы тут людей-то мучаете? В этой псевдо-больнице».
Можно ли говорить о том, что сенатор под оптимизацией понимает и предлагает закрытие нерентабельных сельских больниц? Думаем, что можно. Пусть и звучит предложение завуалированно. Так оценивать заявление сенатора позволяет опыт наблюдений за тем, как много лет власти относятся к здравоохранению.
Давно оно, равно как и упомянутое сенатором образование, пусть и негласно, но стало сферой услуг. Власти объясняют такое положение вещей красиво: «деньги идут за пациентом». Но итог такого подхода — недофинансирование сельских школ и больниц, а далее их закрытие. А в перспективе и, скорее, не самой отдалённой, такой подход означает вымирание села.
Тем более, что, как минимум, странное заявление сенатор сделал на фоне, когда с высоких трибун, и в первую очередь это делает национальный лидер Владимир Путин, говорится о необходимости развития сельских территорий.
«Программа комплексного развития села, конечно, должна быть продолжена. Обязательно это будем делать. Это сто процентов, как у нас в народе говорят: “Даже к бабке не ходи”. Конечно, денег нужно много, но оно того стоит. Это нужно для людей, для страны. [Социальная сфера, инфраструктура, медицина, образование] — это всё нужно развивать», — заявил Владимир Путин в 2024 году на встрече с главами муниципальных образований субъектов страны.
Оперативно получить комментарий по поводу заявления Анатолия Артамонова от его владимирских коллег, Андрея Шохина и Владимира Киселёва, у редакции не получилось. Но понятно, что поддержку инициативе они вряд ли окажут. Хотя бы потому, что «не так» понят был их коллега журналистами и общественностью.
Самый свежий скандальный пример такого плана во Владимирской области — вопрос закрытия родильного отделения в Кольчугинской больнице. В предвыборный период он перешёл в политическую плоскость. Но это не отменяет того факта, что закрыто родильное отделение, и не в глухом селе, а в районном центре, именно по той логике, которой, похоже, мыслит сенатор Артамонов. Родов немного, квалификация медиков, работающих «вполнакала», теряется, денег на нужды и развитие нет. А значит, надо закрыть и возить рожать жительниц Кольчугина во Владимир. Насколько мыслить и жить именно по такой логике правильно — вопрос риторический.
Сергей Смирнов
