Наш собеседник Евгений Георгиевич Бирюков (на фото), специалист и горожанин одновременно, был директором института «Владимиргражданпроект» с 1981-го по 1985-й гг., а с 1985-го по 1999-й — главным архитектором Владимирской обл. Мы поговорили о том, почему Владимир становится всё менее удобным для жизни, и об ответственности власти за эти неудобства.
– Евгений Георгиевич, вас недавно вывели из областного градостроительного совета. А сам совет, который всегда был при главном архитекторе и им возглавлялся, теперь возглавляет губернатор области Светлана Юрьевна Орлова. С чем связаны эти изменения?
– ? Меня убрали — ладно. Хуже того, что и Владимира Евгеньевича Пичугина убрали, а вот это уже неприлично. Он является председателем областной организации Союза архитекторов России, и не включить его в состав совета — просто-напросто продемонстрировать пренебрежение к профессиональной общественной организации, имеющей непосредственное отношение к градостроительству. Неудобные мы, видимо. Там, правда, есть еще архитекторы, восемь человек, по квалификации ни к кому из них претензий нет, все люди очень грамотные. Но есть такая вещь — точка зрения определяется местом сидения. И когда человек находится в этой среде в качестве действующего чиновника или бизнесмена, он волей-неволей должен играть по тем правилам, в которых он находится. По-человечески понятно, что люди, входящие в градостроительный совет, могут быть компромиссными, осторожными. И их способность высказывать объективное мнение будет зависеть от готовности руководства выслушать его. Но, к сожалению, особых надежд, что такая готовность будет, нет. Тем более что остальные члены совета, а в нем 29 человек, имеют к градостроительству либо весьма приблизительное отношение, либо не имеют вообще.
-? Первое заседание совета уже в обновленном составе было посвящено развитию пешеходной зоны во Владимире. Вам нравится, какой получилась улица Георгиевская?
-? Еще при обсуждении варианта пешеходной зоны на Большой Московской я передал свои предложения губернатору и руководству города: зона должна охватывать территорию от Студеной горы до Дмитриевского собора. Кстати, исходя из этой задачи и был в свое время одобрен проект торгово-развлекательного центра, что «Игротэк» строит на Студеной, – он зарегламентирован, в том числе, как смотровая площадка с прекрасным сектором обзора. А если улица Георгиевская – конечная цель пешеходной зоны, то это слабовато для Владимира. Она тогда хороша, когда там собран максимум различных функций и куда люди идут с различными целями – посмотреть на архитектурные объекты, полюбоваться на окружающий пейзаж, зайти в музеи, кафе, встретиться с друзьями, принять участие в каких-то мини-фестивалях, просто посидеть на лавочке. Только в этом случае к пешеходной зоне будет интерес и у бизнеса.
– ? Какие у вас самые любимые места во Владимире?
– ? Зона Успенского и Дмитриевского соборов, район улицы Георгиевской, Театральная площадь. Вот эти места мне наиболее интересны. И когда ко мне приезжают гости, я их в первую очередь веду туда.
Облик города формируют девелоперы, а это неправильно
? – По вашему мнению, развитие Владимира идет в лучшую или худшую сторону?
? – Нельзя сказать однозначно, есть и положительные моменты, немало и отрицательных. Я когда сюда переехал из Красноярска в 1976 г., это был расцвет индустриальной застройки и определенного пренебрежения к историческому наследию как со стороны власти, так и проектировщиков… Например, один уважаемый партийный деятель предлагал снести Золотые ворота…
– ? Вы шутите, наверное?
– ? Нет, абсолютно серьезно говорю, они же мешали проведению демонстрации и искривляют улицу. А один столичный проектный институт, работая над владимирским заказом, предлагал снести костел и поставить на Театральной площади новое здание областного комитета партии и облисполкома — то, что теперь известно как здание областной администрации на Октябрьском проспекте. Владимирские архитекторы многое сделали, чтобы изменить отношение к застройке города. Что-то получалось, что-то нет…
– ? Что получалось, какие постройки вы считаете удачными?
– ? Удачных объектов много. Например, здание расчетно-кассового центра Центробанка на той же Театральной площади, комплекс жилых домов на пересечении улицы Мира и Октябрьского проспекта, который построил «Консоль», интересная группа домов, запроектированная западнее нашего «белого дома» архитектором «Владимиргражданпроекта» Яковом Борисовым. Комплекс Сбербанка на площади Победы интересный, там же неплохие жилые дома есть. Довольно много интересных зданий усадебного типа появилось в зоне малоэтажной застройки, приятно на них смотреть. Есть и безвкусные здания, но то, что является определенно положительным, — это разнообразие застройки.
– ? Тем не менее город становится всё менее удобным для жизни, и проблемы вытекают именно из-за индивидуальной застройки, потому что выгода отдельного объекта вовсе не несет выгоду и комфорт для города в целом.
– ? При определенных успехах в вопросах архитектуры мы, безусловно, проигрываем в вопросах градостроительства. В чем причина проигрыша – планомерное создание облика Владимира формирует не руководство города, как это было при советской власти и именно таким образом формировались восточный и юго-западный районы, – тон задают девелоперы, а это неправильно. Потому что они ставят дома там, где им удалось поставить, где они сумели обзавестись земельным участком. И это вносит в застройку города хаотичность и переуплотнение. Возьмем прославившийся дом «Игротэка» на улице Семашко. Проект интересный, ничего не скажешь. Но мало того, что он нарушает исторический облик города, так еще засадили огромное здание на ограниченном участке. А теперь давайте посмотрим, что должно быть вокруг дома по нормам СНиПа: 6 кв. м зеленых насаждений на человека, площадки — детская, для отдыха взрослого населения, а также парковка. Когда мы всю эту арифметику разложим, то увидим, что на один квадратный метр площади дома должен приходиться один квадратный метр земли на участке. Но где вы видели такие дома? Как правило, стоит дом, к нему есть подъезд, незначительное количество парковочных мест — и на этом всё. Людям, детям там погулять негде, даже мусорные контейнеры зачастую негде поставить. То есть, принцип, когда все проблемы данного объекта должны быть решены в пределах этого земельного участка, у нас не соблюдается. Это имеет кучу негативных последствий, например – все дворы забиты автомобилями…
– ? При том, что двор — это всего лишь гостевая стоянка: приехал — выгрузил домочадцев и пакеты с едой — уехал на парковку.
– ? А их достаточно — этих парковок, даже платных? Мы очень часто любим во всех бедах винить граждан, и они, действительно, не всегда хорошо и правильно поступают. Но граждане не в состоянии организовать жизнь целого города, для этого существует власть. Власть не решает проблему с парковками – а мы граждан ругаем за несознательность, тираним, ненавидим за то, что ставят машину на тротуарах. Но это не их вина, они становятся заложниками некомпетентности и безответственности власти.
– ? Но разве не граждане соглашаются на такую власть, когда не ходят на выборы? А во-вторых, почему-то у себя на даче они не ставят машины на клумбы и грядки, ищут приемлемое место, и не обязательно рядом с входной дверью. Зато в городских дворах даже на детскую площадку не стесняются заехать.
– ? Откройте спутниковую карту мира в Интернете и посмотрите на американские города, вы увидите, как там уважительно относятся к автомобилистам. Если это университет, то там площадь автостоянки чуть ли не больше площади университета. И посмотрите на наш университетский двор, почему там битком машин и почему забиты прилегающие улицы? Потому что нет стоянки. Это проблема граждан? Нет – города. Возьмите их супермаркеты и торговые центры — огромные стоянки для машин. А что у нас? Чаще всего — маленькая площадочка и знак, что стоянка запрещена. И это следствие переуплотнения застройки. Дальше будет только хуже.
Дома без парковки, детской площадки и зелени
? – Очевидно, что проблема с теми же парковками возникает еще на уровне согласования будущего объекта. На каких именно этапах это происходит?
– ? Вот гражданин заимел земельный участок. У власти есть документы, которые позволяют определить, что и в каких масштабах на этом участке можно построить. Власть это должна продиктовать. В какой форме — раньше это называлось архитектурно-планировочное задание, сейчас — градостроительный план земельного участка. Этот план извещает о возможности разместить объект и предписывает, какой объект может быть размещен. После этого начинается согласование проекта. Зачастую проект рассматривается на градостроительном совете. Если не на совете, то его смотрят в рабочем порядке службы архитектуры. И если такой проект прошел согласование и получил разрешение на строительство дома без парковки, без детской площадки, без зелени — это вина тех, кто проект согласовал, дал разрешение на реализацию.
– ? Это коррупция?
– ? Я взяток никогда не брал и не давал. Поэтому судить об этом не могу и в первую очередь подозреваю этих людей в беспринципности или некомпетентности. А уж есть там коррупция или нет — не мой вопрос. Идем дальше. Дал город разрешение на приемлемый объект, а он, мерзавец, строит неприемлемый. Но он же строится на ваших глазах! Так примите решение о приостановке строительства, о запрете строительства или о сносе — ст.222 Гражданского Кодекса все эти действия вам позволяет. И опять-таки власть на это никак не реагирует. Вот я живу на улице Строителей, там же, рядом с банями, находится кафе. Оно построено с захватом общего пространства улицы, за территорией так называемой красной линии, которая отделяет квартал от улицы, да к тому же, судя по всему, без разрешения. Активные граждане обратили на это внимание власти, та дала предписание о сносе. На которое, как водится, у нас наплевали. Граждане пошли в суд, где получили решение, что кафе должно быть снесено. Но кафе до сих пор благополучно стоит. Вопрос: почему, имея все правовые основания для сноса это объекта, его не сносят? Кто виноват? Власть. И такие примеры по городу, к сожалению, есть.
– ? В этом же ряду – чудовищное здание на углу Никитской и 1-й Никольской. Как в историческом центре Владимира, в нескольких метрах от бывшего Дома архитектора, могла появиться настоящая Воронья слободка?
– ? Да, помню это ужасное здание. Ну, что я вам могу сказать… Это предприниматель методом постоянной реконструкции довел его до такого состояния. Конечно, это опять отсутствие архитектурно-строительного контроля или соглашательство. Конечно, надо было не допускать выполнения несанкционированных работ. Самое печальное, когда такое происходит в историческом ядре.
– ? Другой пример: башня на углу улиц Мира и Горького, о нелигитимности ее возведения много писали. Сейчас шум утих, но вразумительных объяснений так и нет, как стала возможной эта постройка и кто ответил за нее, фамилий не прозвучало.
– ? Там проблема не только с башней, но и с домом, что тянется от нее стеной вдоль улицы Горького. Застройка этой зоны была предметом дискуссии не одного десятилетия, потому что улица Мира на этом участке — это естественные трибуны для обзора старого города. И там надо было делать такую застройку, сквозь которую можно смотреть. Она должна быть невысокой, разреженной, там каждый дом надо было сквозь мелкое сито процеживать, прежде чем разрешить его строительство. А то, что построили, — это большая неудача для города и, конечно, недоработка власти. Знаете, кому-то нравится демократическая власть, кому-то сильная, авторитарная. Я ратую за сильную власть, всегда, и меня это не пугает. Потому что требование к власти при любом режиме должно быть одно — чтобы она действовала в интересах народа и закона, честно, соблюдала баланс интересов всех граждан, а не потворствовала какой-то одной группе. И несла ответственность за свои решения.
– ? Во Владимире сильная власть или слабая?
– ? Шохин Андрей Станиславович — руководитель, на мой взгляд, достаточно жесткий и умеющий провести свою линию в жизнь. Так что, наверное, его можно отнести к власти сильной. Но на что потенциал этой сильной власти расходуется? Когда я сталкиваюсь с тем, что не сносят незаконно построенные здания при моем совершенно четком представлении административных возможностей Андрея Станиславовича, то задаю себе вопрос: сильный он или слабый? Когда принимаются решения о точечной застройке 18-этажными башнями улицы Ставровской, создавая там муравейник и радикально меняя образ города не в лучшую сторону, не обращается внимания на протесты общественности против строительства салона красоты не месте сквера на той же улице Строителей при явном нарушении положений законодательства, то какой он? Наверное, все-таки сильный, если не учитывает мнения людей и не зависит от решения суда. Можно предположить, что он вынужден многие вопросы решать в условиях недостатка финансирования и поэтому идет на какие-то компромиссы. Но хотелось бы, чтобы законы и мнения жителей уважались.
Где же ответственность чиновников?
? – Как вы восприняли массовый снос построек около станций метро в Москве? Думаю, за этой историей внимательно следили владимирские предприниматели и чиновники. Тем более, действия Собянина поддержал и пресс-секретарь Путина, сказав, что это сигнал всей стране.
-? Двояко воспринял. С точки зрения городской эстетики, архитектуры освобождение города от мусорной застройки одобряю. Но с другой стороны, на эти объекты было зарегистрировано право собственности, у них есть договора на аренду земельных участков или, может, эти участки даже приватизированы. Иными словами, эти постройки были абсолютно легитимны. Но их берут и сносят, что является грубейшим нарушением Конституции, которая провозглашает неприкосновенность частной собственности. Предприниматели возмущаются, общественность возмущается, власть начинает плести кружева, пытаясь оправдаться. Но вопрос всего один: он это самовольно построил или у него есть все разрешительные документы? Если самовольно — ломайте и получайте с него же плату за снос. Если у него есть все документы, вплоть до разрешения на ввод в эксплуатацию сооружения, — всё, он святой, его нельзя трогать. И решать вопрос нужно было только путем переговоров: ты извини, брат, мы в свое время совершили глупость, разрешив тебе тут строиться, продай нам эту свою штуку, а мы ее снесем. Мэр Москвы Собянин говорит, что разрешения на постройку были получены жульническим путем. Тогда где же ответственность чиновников? Пересажайте их. Я — старый бюрократ, нюансы этой истории – внешние и внутренние – мне знакомы и понятны. И будучи за то, чтобы сооружения убрать, я действия властей в данной истории принципиально одобрять не могу.
– ? У нас немало построек, которые делают московскую «ночь длинных ковшей» актуальной и для Владимира. Помимо тех примеров, что уже назывались, это и превышение разрешенной высоты зданий у торгового центра на Чайковского и «Алмаза» на Добросельской. И строительство магазинов посреди тротуаров, а то и на месте скверов, подобных тому, что поставили напротив управления Росреестра, на углу Офицерской и Диктора Левитана… Список длинный.
– ? По поводу превышения этажности — разве не видели, опять-таки, еще во время строительства, что идет нарушение согласованного проекта? Что касается скверов — это территории общего пользования. В соответствии с Земельным кодексом территории общего пользования не подлежат приватизации. И если на территории общего пользования строится объект, то надо понимать, что земля под ним будет приватизирована. И власть заведомо идет на это нарушение, давая разрешение на строительство объекта на земле общего пользования. Заведомо! На земле, которую нельзя приватизировать! Кроме того, есть нормативы, предписывающие, что на озелененной территории можно строить только те объекты, которые связаны исключительно с обслуживанием этой территории в рамках ее функции.
– ? Даже неудобно задавать вопрос, каким образом комплекс «Полярис» связан с обслуживанием Центрального парка. Разве только хозобслуга парка физически там закаляется?
– ? Ну, «Полярис» — это крупнейшее безобразие Владимира. То, что делается с зелеными насаждениями в нашем городе, — даже не драма, а трагедия. Причем этот вопрос никогда не был достоянием широкого общественного обсуждения, ему не дается оценки, в итоге граждане считают, что с зеленью в городе всё нормально, а власть и не разубеждает их. Но при этом продолжает обгрызать озелененные территории. По нормативам в таком городе, как Владимир, на каждого человека должно приходиться 16 кв. м озелененной территории общего пользования — в эту площадь входят парки, скверы, городские сады, бульвары, лесопарки и городские леса. У нас, по ныне действующему Генплану, на одного человека приходится 7,9 «квадратов», из них 5 обеспечивается лесопарком «Дружба». То есть, реально во Владимире на каждого жителя приходится 2,9 «квадратов» зелени из 16-ти. Этот вопрос, повторяю, трагический, замалчиваемый и имеющий тенденцию к ухудшению. И посмотрите на соседнюю Москву, где за два года существования проекта «Народный парк» появилось около 150 новых парков. Эта программа продлена, значит, их будет еще больше, ведь что такое парк — это возможность человеку побывать в природном окружении на территории города. Почему-то Москва при дефиците площадей может развивать озелененные территории общего пользования, а у нас стараются их уменьшить. Или начинают насыщать развлекательными вещами, хотя это уже парки развлечений, общественно-деловая зона. То, что пытались сделать, например, с зеленой зоной у «белого дома», было просто жонглирование словом «парк» – пытались втащить деловую зону на озелененную территорию общего пользования.
Беседовала Татьяна Филиппова,
фото автора
